Может ли смарфон вызвать опухоль мозга? Роберт Мэтьюс проясняет факты, стоящие за заголовками СМИ.

Газеты по всему миру выдали серию материалов, темой которых стала опасность для здоровья одной из самых популярных технологий всех времен — сотовых телефонов. От Международного агентства по изучению рака (IARC), которое входит во Всемирную организацию здравоохранения, поступило предупреждение: по мнению ряда экспертов этого агентства, есть все основания предполагать, что мобильники всё же могут вызывать у человека рак.

Такое заявление было невозможно игнорировать. В считанные дни влиятельные американские конгрессмены потребовали пересмотреть существующие стандарты безопасности сотовых телефонов, а правительство Тайваня объявило о возможном введении запрета на использование мобильников в школах. Европейский Совет также представил проект документа с аналогичным запретом для всех своих стран-членов.

Однако другие организации постарались дистанцироваться от отчета IARC. Британское Агентство защиты здоровья и британский Центр по исследованию рака настаивают на отсутствии убедительных научных подтверждений того, что риск развития рака связан с мобильными телефонами.

Так кто же прав? Должны ли мы защищаться от электромагнитных излучений наших телефонов, или следует проигнорировать последние заявления как очередную медицинскую страшилку?

вред смартфонов

Опасны ли смартфоны?

Этим вопросом производителей сотовой связи мучают уже многие годы. Заголовки о возможном риске для здоровья впервые появились в 1992 году, когда муж Сьюзен Рейнард (Susan Reynard) из Флориды подал иск на производителя телефонов NEC и оператора GTE Mobilnet. Он утверждал, что мобильник вызвал или ускорил рост опухоли мозга, от которой умерла его жена. Этот дело рассматривалось несколько лет, пока не было закрыто с характерной для подобных случаев мотивировкой: ввиду отсутствия убедительных научных оснований.

С тех пор среди исследователей не было недостатка в попытках найти эти основания. За прошедшие годы опубликовано множество исследований потенциальной связи между здоровьем и использованием мобильных телефонов. Но в целом полученная картина разочаровывает неубедительностью.

В датском исследовании, завершенном в 2006 году, свыше 420 тыс. пользователей мобильных телефонов наблюдались на протяжении более 20 лет, но никаких связей с раком мозга не обнаружилось. Этот результат подтвердился и в прошлом году в рамках исследования Interphone, в котором сравнивалось использование мобильных телефонов здоровыми людьми и 5 тыс. пациентов с раком мозга из 13 стран. Однако шведские исследователи под руководством д-ра Леннарта

Харделла (Lennart Hardell) из Университетского госпиталя в Эребру неоднократно заявляли, что обнаружили доказательства связи между раком мозга и сотовыми телефонами, причем риск увеличивается с ростом частоты их использования. В последней работе, опубликованной в 2010 году, группа сообщает о 2-3-кратном возрастании такого риска среди тех, кто пользуется мобильниками давно и подолгу.

Каким исследованиям верить? Доктор Майк Кларк (Mike Clark), специалист Агентства защиты здоровья, занимающийся воздействием радиоволн на организм человека, затрудняется ответить на этот вопрос, поскольку практически каждое из подобных исследований можно раскритиковать. «В работе Харделла время использования мобильного телефона определялось со слов родственников заболевших людей, — рассказывает Кларк. — А значит, возможны связанные с памятью свидетелей ошибки, которые не могут быть учтены». Систематические погрешности — одна из бед всех подобных исследований, поскольку люди плохо помнят, что они делали в прошлые годы. Искажения могут быть очень значительными.

Правдоподобие — еще один большой знак вопроса в полемике об опасности сотовых телефонов. Несмотря на многолетние исследования никто пока не предложил убедительного объяснения того, каким же образом мобильник может повреждать живые ткани и провоцировать рак.

Специалист по восприятию рисков Адам Бёрджесс (Adam Burgess) из Кентского университета (Великобритания) утверждает, что публику вводят в заблуждение разговоры об испускаемой мобильниками «радиации». Он поясняет, что хотя трубки испускают электромагнитное излучение, это не то ионизирующее излучение, энергии которого достаточно для выбивания электронов из атомов. Энергия волн, испускаемых телефонами, во много раз ниже уровня, необходимого для разрыва межатомарных связей. Поэтому излучение сотовых телефонов не может подобно ионизирующей радиации вызывать повреждения живых клеток. Отсюда глубокие сомнения в его способности провоцировать рак.

Противоречивость и научная недостоверность свидетельств заставили I ARC объявить мобильники лишь возможной причиной рака, поставив их в этом смысле ниже не только доказанных, но даже вероятных причин. Это означает, что сотовые телефоны отнесены к одной категории канцерогенности с кофе и тальковой пудрой, — для ночных кошмаров с мобильниками в главной роли нет причин.

Дэвид Шпигельхальтер, профессор кафедры общественного понимания рисков в Кембриджском университете, идет дальше и отмечает, что противоречивость и недостоверность — классические признаки иллюзорного риска для здоровья. «Всегда можно воспользоваться шаблонным аргументом, что, мол, отсутствие доказательств не означает доказательства отсутствия, но это обычно свидетельствует об очень низком риске, не стоящем того, чтобы о нем беспокоиться», — отмечает он. И добавляет, что многие исследования имеют дело со старыми моделями трубок, мощность излучения которых значительно выше, чем у современных. Таким образом, пока нет никаких надежных данных о долгосрочных рисках, связанных с телефонами.

О пользе риска

Чтобы разобраться в подобных недоразумениях, Шпигельхальтер совместно с Кевином Макконвеем, профессором прикладной статистики Открытого университета (Великобритания), разработал руководство по оценке рисков для здоровья (см. врезку «Повод для тревог», стр. 42), подчеркивающее необходимость учета всех сторон вопроса. «Люди сами оценивают результаты исследований, а в случае мобильных телефонов большинство просто не задумывается о некоторых очевидных вещах», — говорит профессор Шпигельхальтер.

Несмотря на это многие исследователи считают, что нужно продолжать изучение вопроса, пока всякая неоднозначность не будет исключена. Вскоре после публикации отчета IARC группа под руководством доктора Анджело Левиа (Angelo Levia) из Падуанской медицинской школы в Италии опубликовала тревожные факты, свидетельствующие о том, что в исследованиях, которые не смогли обнаружить связь мобильников с раком, часто допускаются серьезные методологические ошибки, которые приводят к систематическим погрешностям, и что к тому же эти работы часто финансируются индустрией сотовой связи. Если объединить результаты лучших по качеству исследований, то, по утверждению итальянских авторов, риск опухоли мозга становится очевидным: у тех, кто продолжительное время пользуется телефоном, он вдвое выше нормального уровня.

Но даже если это и так, многие специалисты всё равно не согласятся с утверждениями, что пользование сотовыми телефонами сопряжено с «очень высоким» риском развития рака. Опухоли мозга относительно редки и возникают примерно у одного человека из 20 000 в год. Удвоение риска приведет к тому, что таких будет всего двое на 20 000.

Кларк считает, что, записав мобильные телефоны в список причин, вызывающих рак, IARC не сказало ничего нового. «Наши советы избегать чрезмерного продолжительного использования телефонов, особенно детьми, не изменились, так как по-прежнему остается возможность существования долгосрочных эффектов».

Всемирная организация здравоохранения планирует продолжать исследования рисков, вызванных десятилетним использованием телефонов. Однако многие ученые подозревают, что на вопрос о том, безопасны ли мобильные телефоны, никогда не будет получено однозначного ответа, поскольку всегда остается неопределенность в том, как долго и насколько интенсивно люди ими пользуются. Кларк считает, что следует сосредоточиться на куда более серьезных опасностях. «Угроза для жизни от сотовых телефонов есть, — говорит он, — но она имеет куда более очевидную причину — разговоры за рулем».

ПОВОД ДЛЯ ТРЕВОГ

Придавать ли значение очередной страшилке о здоровье? Профессора Дэвид Шпигельхальтер и Кевин Макконвей объясняют, какие вопросы стоит задавать, а какие — нет.

1.Сообщает ли статья, которую вы читаете, лишь о результатах единичного научного исследования?

Наука основана на сборе свидетельств, поэтому единичное исследование — это лишь один шаг вперед. Наиболее серьезные рекомендации содержатся в обзорах, охватывающих несколько исследований, особенно в обзорах, выпускаемых «Кокрейновским сотрудничеством» (Cochrane Collaboration), международной сетью экспертов, которая оценивает медицинские исследования.

2. А был ли эксперимент?

Мы можем быть уверены в том, что определенные вещи вызывают рак, только если были выполнены надлежащим образом поставленные лабораторные эксперименты, показывающие, как именно это происходит. Или же это должны быть рандомизированные испытания: скажем, влияние одного сэндвича с беконом в день на здоровье изучают путем случайного распределения людей на группы, в одной из которых едят бекон, а в другой не едят бекона, с последующим наблюдением за ними. Если испытания не рандомизированы, может обнаружиться различие в частоте возникновения рака между группами, вызванное каким-нибудь посторонним фактором. Например, одна группа может быть старше другой. Есть статистические методы учета подобных эффектов, но они не всегда работают.

3. Сколько обследовано людей?

В исследовании должно быть достаточно участников. И то гарантии выявления истины нет. Возможны самые различные систематические ошибки. Люди с опухолью мозга завышают объем использования ими мобильного телефона в прошлом. Поэтому всегда надо задаваться вопросом: не может ли что-либо другое объяснить полученные результаты.

4. Каков источник сообщения?

Можно ли верить написанному? Публикации в рецензируемых журналах надежнее, но даже и они небезупречны. Так, медицинский журнал The Lancet опубликовал скомпрометированную позднее работу о связи вакцинирования с аутизмом.

5. Почему я это читаю?

Организации нуждаются в паблисити, а редактор выбирает сенсационно звучащую тему. И даже если важность заметки не преувеличена, пресса склонна упрощать детали. Если заметка так громко звучит, задумайтесь, точны ли содержащиеся в ней утверждения.

6. О чем мне не сказали?

Страшные истории рассказывают об уже случившихся несчастьях. Если все хорошо, газеты не будут об этом писать. Даже научные журналы склонны печатать будоражащие результаты и избегать работ, которые идут вразрез с общепринятыми «страшилками».

7. Применимо ли данное исследование ко мне?

Это может быть исследование первой ступени на крысах. Неясно, насколько оно применимо к людям. Если это исследование на людях, то похожи ли они на вас, например, по возрасту или условиям проживания? Может, речь о людях, подвергающихся сильным нетипичным воздействиям? Эти обстоятельства стоит принять во внимание.

8. Велик ли обсуждаемый риск?

В заголовке может говориться об «увеличении риска», но следует иметь в виду, что даже удвоенная малая опасность остается небольшой. Гораздо проще судить о рисках, когда описаны последствия для 100 человек, похожих на вас.

9. Не перекрывают ли получаемые выгоды возможный риск?

20%й рост риска рака кишечника от ежедневного поедания сэндвича с беконом увеличит совокупный риск с 5 к 100 до 6 к 100. Может, вы готовы рискнуть ради удовольствия? (Не подумайте, что мы рекомендуем обедать сэндвичами с беконом!)